Навсегда

Ещё раз прокрутив в мыслях услышанный разговор, я уже совсем ничего не понимаю. Почему они привели сюда именно меня? Если как-то узнали, что Мэтт живёт вечно, то при чём тут я? И тем более, зачем прикасаться ко мне?
Какая-то путаница.
Но Дэн так не считает. Он нисколько не теряет уверенности.
— Думаю, мы оба прекрасно знаем, что тебе известно больше, чем ты хочешь показать. У тебя муж бессмертен. Неужели я должен поверить, что он не поделился секретом с любимой женой? — он усмехается, саркастически глядя на меня. — Не верю, что Мэтт готов к вечности без тебя. Иначе зачем жениться?
Я растерянно качаю головой. Слова Дэна заставляют задуматься: а ведь правда, вряд ли Мэтт рассчитывает провести со мной лишь часть своей жизни. Что если…
Жуткая догадка леденит кожу. А вдруг, воссоздав мне жизнь, колдун сделал меня бессмертной? Чтобы я провела вечность с Мэттом?
Это было бы логично, но одна мысль о таком пугает. У меня должен быть хоть какой-то выбор, чёрт возьми! Поступить так — просто жестоко.
Пронзительный взгляд Дэна возвращает меня к реальности, и, вздохнув, я отвечаю:
— Я ничего не знаю об этом и не хочу вечной жизни. Честно. Я не вижу в этом никаких плюсов.
Взгляд Дэна ожесточается.
— Ты не удивилась, когда я сказал, что он живёт вечно. Значит, знала это. И как после этого верить, что ты не знаешь больше?
Я беспомощно усмехаюсь. И почему он так носится с этим бессмертием? Правда хочется наблюдать, как умирают все знакомые, как меняются времена, как всё больше событий и людей вызывают всё меньше эмоций, как угасает душа, но остаётся вечным тело?
Это же какая-то клетка. И ведь всё это — лишь вопрос времени. Сомневаюсь, что кто-то может постоянно наслаждаться вечностью. Любому надоест. Да, кому-то, возможно, через тысячу лет, но всё же. Разве что, совсем иные существа могут жить бесконечно и не терять запал, но человеческая психика устроена иначе.
— Понимаю, что звучит странно, но это правда, — устало вздыхаю. Желание оказаться от всего этого подальше лишь увеличивается. — Мы вообще недавно поженились, прошло не больше недели. И я не поднимала тему его вечной жизни. Я вообще не хочу ничего об этом знать.
— Но откуда-то ты знаешь, — не сдаётся Дэн. Отвечает так быстро, словно и не слышит возражения.
Или не хочет.
Мне вдруг становится интересно, а откуда знает он? Кто вообще эти люди? И… люди ли?
По крайней мере, вечно они не живут. Хоть и отчаянно стремятся.
— Это случайность. Лучше скажи, как вы собираетесь заполучить бессмертие, прикоснувшись ко мне? — спросив, я озадаченно приподнимаю брови и, помедлив, продолжаю: — Даже не к Мэтту, а именно ко мне…
Услышать ответ нужно, но и тревожно. Больше всего я опасаюсь, что Дэн подтвердит мои опасения. Что скажет что-то вроде того, что я тоже бессмертна, сама того не зная.
Впрочем, даже если так… Отец Дэна может забрать это через касание? Но как потом собирается разделить вечную жизнь с членами семьи?
Да уж, вопросы только прибавляются.
— К сожалению, мой отец не умеет колдовать, — после небольшой паузы начинает Дэн, и весь его вид указывает на решимость рассказать больше. — У него ограниченная магия. Всё, что он может — через касание к человеку увидеть его суть, секреты и прошлое. Однажды они познакомились с Мэттом, и так мы узнали его тайну. Но так же отец увидел что-то опасное в его ауре, что дало понять, что не стоит связываться с ним напрямую. К тому же, у Мэтта есть покровительство сильного колдуна. Так что открыто добиваться, чтобы Мэтт поспособствовал выполнению наших желаний, было невозможно. Мы могли бы узнать о нём всё самое нужное сами, но для это пришлось бы сильно затянуть прикосновение, а никаких подходящих моментов для этого не было. У Мэтта с отцом было только рукопожатие. Мы не рискнули предпринять что-то ещё.
Обдумывая эти слова, я уже догадываюсь, к чему всё ведёт. Но, помедлив немного, Дэн вдруг добавляет:
— Но самое главное, что отец увидел — его любовь к тебе, она преобладает над всем. Такая любовь, что стало ясно: ради тебя он пойдёт на всё, — эти равнодушно сказанные слова отзываются волнительным трепетом в моей груди. Сердце странно щемит, и я не сразу осознаю дальнейшие новости: — А потому мы и поняли, что лучший способ подобраться к нему — использовать тебя. Не скрою, сначала мы хотели шантажировать его тем, что причиним тебе вред, спрячем где-то и не скажем, где ты. Но я решил, что сначала правильнее будет узнать, всё, что известно тебе. Вполне возможно, что все загадки бессмертия мы узнаем, просто прикоснувшись к тебе. А то, что я рассказал тебе правду, поможет отцу касаться тебя неограниченное количество времени. Честно говоря, не знаю, как он собирался добиться долгого касания, не рассказав тебе правды… — задумчиво снижает голос Дэн. Похоже, эта мысль лишь сейчас приходит ему в голову. — Видимо, делал ставку на шантаж Мэтта. Но что ж, всё к лучшему для всех.
Я не сразу нахожусь с ответом. Слишком непросто собрать все мысли, особенно, после слов о моей значимости для Мэтта.
Не то чтобы это новость… Но почему-то сейчас, вдали от мужа, я острее воспринимаю эти слова, сказанные от чужого человека.
Но Дэн явно ждёт ответа, а потому надо уже собраться с мыслями.
— Вы ничего не узнаете, — уверенно говорю. — Наверняка от Мэтта даже после рукопожатия вы получили больше, чем можете от меня.
Внешне держась непоколебимо, внутренне я начинаю дрожать. А ведь отец Дэна может увидеть немало… Фальшивую свадьбу, например. Или то, как Мэтт убивал мужчину в переулке… Или даже ту нашу последнюю ночь.
От мимолётного рукопожатия колдун вряд ли мог получить такие подробности. Скорее всего, он разглядел только то, что упоминал Дэн: ауру Мэтта, покровительство колдуна и любовь ко мне.
А сейчас я могу невольно подставить мужа. Узнав такое, обвинитель, и без того недолюбливающий адвоката; наверняка использует козырь.
Бледнею. Держаться под пристальным взглядом Дэна становится почти невозможно. Я не понимаю, как справляюсь.
— Чего ты боишься? — прищуривается он. — Есть, что скрывать?
Я опускаю взгляд на свои руки, пытаясь настроиться на хладнокровную рассудительность. Отец Дэна явно собирается касаться меня до тех пор, пока не узнает всё о бессмертии. И, поскольку нужной информации не будет, он «посмотрит» чуть ли не всю мою жизнь.
Есть ли хоть какие-то шансы избежать этого?
— Просто не хочется, чтобы кто-то копался в личном, — понимая, что Дэн ждёт ответа; сдавленно сообщаю.
— Расслабься, твой секс с Мэттом моего отца меньше всего волнует. Он уже навидался всякого, поверь. Некоторые порядочные с виду люди те ещё извращенцы, — усмехнувшись, Дэн подмигивает мне.
Но несмотря на такое фривольное общение, я чувствую, что наша настороженность друг к другу взаимна. Не обращаю внимания на эту попытку смутить. Даже не думаю над его словами.