Королева-молния. Собирая сердце. Вампиры

Но нет. Пусть мои печали останутся со мной. А он пусть думает, что ошибся.
— Смотри! Сейчас начнется! — Я вышла из-за стола и подошла к зубцу башни, чтобы покончить с беседой на продолжении которой явно настаивал Мак, и которой так боялась я.
Часто я провожала дни здесь, наблюдая, как солнце садится, и далеко на холме старые кусты шиповника отбрасывают длинные тени, похожие на влюбленную пару. Каждый раз, я представляла, что однажды окажусь на вершине этого холма, и Рик протянет ко мне свои руки, прижмет к себе и вечность запечатлеет наш поцелуй тенью на зеленых лугах Аквитании.
— Скорее! — неудачно взмахнув рукой, чтобы позвать Макэйо, я стесала кожу на запястье о ракушку, выпирающую из стены.
Сквозь стиснутые зубы я втянула воздух, держась за царапину. Мак в ту же секунду оказался рядом и накрыл мою рану своей ладонью.
— Больно? — он смотрел так пронзительно, с сочувствием, будто понимал, что причиной подступающих слез является вовсе не эта дурацкая царапина, а нечто иное, что не просто стесало кожу, а пронзило сердце, вырвало душу и бросило умирать…
— Больно…
Мокрое пятно на футболке Макэйо расползалось в стороны. Ткань больше не впитывала мои слезы, возвращая их мне. Я глотала боль, не произносила ни звука, пока крепкие руки гладили мои волосы.
Внезапно моя боль утихла. Будто сосуд, в котором почти год копилась моя безответная любовь перевернули, и он в миг опустел.
Я рвано вдохнула, не веря тому, что внутри меня, наконец все утихло. Покой и тишина, а еще надежда на что-то светлое, что обязательно случится в моей жизни.
Мак немного отклонился назад, чтобы увидеть мое лицо.
— Ух, хорошо, что я взял сменную одежду! — Мак облегченно выдохнул и широко улыбнулся.
— Прости, — я постираю!
Он легко щёлкнул меня по носу, задумался, а после ладонями убрал волосы от моего лица, глядя мне прямо в глаза. И теперь я читала в них то, что он не мог проговорить. «Хватит жить, думая о Рике»
— Забыть?
— Нельзя забывать. Нужно пережить. Оставить на память самое лучшее. А потом отпустить, чтобы в твою жизнь вошло нечто новое.
И эти слова стали лучшим подтверждением того, что Макэйо понимал причину моих слез.
Я встала на носочки, чтобы по-дружески отблагодарить его поцелуем в щеку, но тут же была зажата в его крепких руках. Мак закружил меня, и легкий ветерок вмиг высушил остатки слез, а улыбка сама появилась на лице.
— Спасибо тебе! Я очень рада, что ты приехал! Мне повезло иметь такого замечательного друга!
Мак согласно кивнул головой, ставя меня на ноги, и почему-то засмотрелся куда-то вдаль, словно я снова сказала что-то не то.
— Чай совсем остыл! Заварю свежий, подожди немного!
— Не стоит, уже поздно, мне пора.
Я так и застыла в узком проходе.
— Я думала, ты останешься…Ну в том смысле, что погостишь немного…
Мак замялся, переминаясь с ноги на ногу, и потирая подбородок.
Или ему неудобно остаться, или неудобно отказать.
— Мак…
— Ладно! Уговорила! — выпалил он, а я в который раз за вечер повисла на его шее, радуясь, что несколько дней проведу в хорошей компании.
— Идем, поищем тебе комнату! Выбор, правда, не велик… — я бежала вниз по спиральной лестнице, не отпуская руки своего гостя.
— Нет-нет-нет…
Я остановилась, не понимая, что значит его «нет».
— Я не могу остаться в твоем доме.
Я непонимающе потрясла головой.
— Почему? Ты же сказал, что погостишь немного.
— Да, но не в твоем доме.
— А где?
— Поищу себе место где-то, — Мак кивком головы указал на хозпостройки, стоящие за рвом.
— С ума сошел? Я не позволю моему гостю остаться там. Сейчас найду тебе комнату! Шико! — вечно его где-то носит, когда он нужен, — Шико!
Внутренний дворик замка уже погрузился в тень. Слуги вынесли вечные свечи, которые делали мое шато похожим на театральные декорации. Деревья и высокие травы, которые я отстояла перед беспощадными ножами садовников, отбрасывали резкие тени на светлые стены, погружая в сказочный мир.
Но внезапно вспыхнувшие во мраке арки красные глаза сделали мою сказку похожей на ужасы. Одновременно Макэйо сжал мою ладонь и закрыл меня собой, медленно и уверенно шагнув вперед.
Я и понять ничего не успела, как услышала до боли знакомое причитание Шико.
— Я же говорил, что господин скоро уходит! Не стоило вам беспокоиться.
Шико засеменил, выбегая во дворик из того же места, где сверкали два красных пятна, и с облегчением выдохнул, встав рядом с Макэйо, словно ощутив себя в безопасности. Вслед за ним в свет огней вышел Зехир.
Он кинул на меня, выглядывающую из-за широкой спины своего гостя, секундный взгляд, полный осуждения, и переключился на Макэйо. Смерив и его ненавистью и желанием разорвать на куски, он склонил голову, обращаясь ко мне.
— В замке находятся посторонние люди.
— Кто? — я вжалась в Мака еще крепче, пока мозг рисовал картинки вторжения нечисти, хотя тот уже расслабился и даже небрежно улыбнулся.
— Ваш гость, — пренебрежительно ответил Зехир, искоса взглянув на Макэйо.
— В первую очередь это мой друг! — осмелев я вышла вперед, — к тому же, это сын герцога Пацифики.
Я сказала это на всякий случай, ведь титулы у вампиров играют немаловажную роль.
— Я знаю, кто этот господин. Но его титул не дает права находиться здесь ночью.
— Зехир почувствовал себя главным? Решил самоутвердиться? — Мак сделал шаг к нему навстречу, и пальцы, поочередно сжимающиеся в кулак, не предвещали ничего хорошего.
— Самоутверждаться я буду за пределами этого замка. Как только ты выйдешь. Жду тебя снаружи.
Зехир снова кивнул мне, собираясь уйти.
— Макэйо остается, — еще всякие там охранники будут мне указывать!
— Запрещено!
— Это мой гость! — но ответа не последовало.
Шико облегченно выдохнул, и вытер пот со лба, как только начальник ближайшей охраны ступил на мостик.
— Кто-нибудь объяснит мне, что это было?
— Виктория, — Мак взял мои ладони в свои, — это всего лишь правила. После захода солнца здесь не должно быть посторонних мужчин, если ты одна.
— Но ты мой друг!
Макэйо кивнул.
— Именно поэтому, я не могу остаться…
Я задумалась над сказанным, но Шико странно заметался, пытаясь скрыться, и это сбило меня с мысли.