Первый. Бывший. Единственный

– Они сейчас просто стали хитрее и лучше маскируются, шеф, – выдал Костя.
Меня обдало жаром. Я подергала ручку, но она мне не поддалась. Двери были заблокированы.
– Длинный язык еще никого до добра не доводил, Костя, – заметил Грабовский. – Не заставляй меня учить тебя жизни.
– Воспитанием нужно заниматься до трех лет, сейчас уже поздно. Старую собаку легче пристрелить, чем научить новым трюкам.
– Ты сам это сказал, – пожал плечами Евгений.
– Выпусти меня. Немедленно! – скомандовала я ему, прерывая их странный диалог.
– Не горячись, – тронул меня за плечо Грабовский. – Прости. Это была глупая шутка, я не хотел тебя обидеть. Расскажешь, что случилось?
Я опустила глаза, не зная, с чего именно начать.
– Костя, включи свет, будь добр.
– Доброта меня когда-нибудь погубит, – вздохнул водитель, но сделал так, как просили.
Грабовский взял меня за подбородок и заставил посмотреть на него.
– О, – протянул он. – Какая красота.
– Спасибо, – поджала губы я. – Старалась.
– Костя, глянь-ка, что там с машиной, а мы с ее хозяйкой пока побеседуем. – Едва за водителем захлопнулась дверца, как Грабовский потребовал: – Сколько пальцев?
– Не дождешься, – фыркнула я, отводя его руку от своего лица. – Это просто ушиб. Мне повезло.
– Встретить меня? Однозначно, – процедил Женя. И пусть он не озвучивал этого вслух, но я видела, что разозлился. – А если бы кого-то другого? Сомневаюсь, что твое везение справилось бы с новыми переменными в этом сложном уравнении.
– Не сгущай.
–  Не умеешь водить – не садись за руль. Где твой водитель? – сузил глаза Грабовский. – Что ты здесь делаешь? Одна.
– А разве ты не знаешь? – склонила голову набок я. Это простое движение заставило меня поморщиться. Голова отозвалась глухой болью. – Ты следил за мной?
    
ГЛАВА 19
Сразу Грабовский не ответил. И за эти несколько невыносимых минут его молчания я успела придумать собственную версию произошедшего. Конечно же, она работала не в его пользу.
– С чего у тебя такие выводы? – после короткой паузы поинтересовался Евгений.
– Ты слишком вовремя появился, – сказала я. – В какой-то глуши и именно тогда, когда мне потребовалась помощь. Тебе не кажется это странным?
– Мне кажется, что кто-то пересмотрел шпионских сериалов.
– Я не смотрю сериалы, – закатила глаза я.
– Тогда этот удар головой оказал пагубные последствия на твои умственные способности, – спокойно выдвинул другую версию мужчина, отчего меня опять бросило в жар.
– Оскорбления у тебя получаются гораздо лучше, чем комплименты.
– Это не оскорбление – простая констатация факта, – пожал плечами Грабовский. – Я не умею мириться с глупостью, Василиса. Не думай, что стану спускать ее тебе, пусть даже и испытываю к тебе определенные чувства.
– Пф-ф! – фыркнула я.
Подозрения никуда не делись, а вот холодность Жени вдруг задела меня за живое. С одной стороны, мне хотелось ошибиться, но с другой, признать собственную глупость было так же тяжело, как проглотить кость, застрявшую поперек горла.
– Я хоть и заинтересован в тебе, Василиса, но вынужден разочаровать: следить за твоими действиями не нанимался, – поджал губы Грабовский. – Неподалеку отсюда у меня дача. Я просто возвращался после сделки.
– Пф-ф! – отвернулась я к окну.
Казалось, сейчас я не была способна на другие звуки, кроме этого нарочитого выражения собственного скепсиса. Мне от него самой противно становилось, но почему-то вырывалось, точно я вдруг совершенно потеряла контроль над своими реакциями.
– Смею тебе напомнить, я под твои колеса не бросался, – сказал мужчина. – Поэтому все произошедшее стоит приписать обыкновенному стечению обстоятельств, а в твоем случае – так и вовсе воспринимать настоящей удачей.
– В моем случае? – прищурившись, переспросила я.
Поднявшаяся вдруг злость отчаянно требовала выхода.
Только даже в таком состоянии я прекрасно понимала: не Грабовский оказался причиной для нее. Это отголоски неожиданного прозрения в собственной наивности разгоняли мне кровь.
–  Поговорили? – вернулся Костя.
– Что там? – поинтересовался Грабовский, игнорируя его вопрос, как и мой.
– Машину можно реанимировать, после ремонта будет как новенькая.
– Забери вещи Василисы и вызови ребят, чтобы отогнали ее в сервис.
– Я очень благодарна за вашу помощь, Евгений Владимирович, но…
– Мы опять на «вы»? – выгнул брови мужчина. – Ладно, Василиса Дмитриевна, пусть будет по-вашему. Но я не оставлю вас здесь одну.
– За мной сейчас приедет подруга, я успела ей позвонить.
– Вы так же сможете отзвониться ей по пути в клинику и предупредить, чтобы поворачивала обратно. Сейчас опасно находиться на дорогах. Погода ни к черту.
– Я прекрасно знаю, что вы привыкли командовать, Евгений Владимирович, но вы забываете, что эти замашки на меня никоим образом не распространяются, – дала волю природному упрямству я.
И ведь понимала, что Женя прав, но все равно не хотела капитулировать.
– Вам нужно показаться специалисту, Василиса Дмитриевна, – от его нарочито вежливого тона меня стало бросать в дрожь.
– Если вы опять намекаете на мои умственные способности, то хочу вас заверить, что абсолютно здорова.
– Удар головой очень коварен, Василиса, – тяжело вздохнул Грабовский. – И я сейчас без лишних шуток. Последствия могут быть скрыты и проявиться позже. Лучше перестраховаться.
Костя вернулся за руль и завел мотор.
– Я сделаю это без вас, – сказала я Евгению, но, конечно же, мое желание было проигнорировано.
– Езжай, Костя, – скомандовал Грабовский.
– Тормози, Костя, – в такой же манере заявила я.
– Не дури, Вася, – процедил Женя. – Костя.
– И не собиралась даже, – сказала я. – Мне надо выйти, Костя.
Машина не тронулась с места, бородач рассмеялся.
– Как у вас здесь интересно, – хмыкнул он.
– Поезжай, – повторил Грабовский. – Ты на кого работаешь?
– Я просто не могу отказать красивой женщине, это моя слабость, – подмигнул мне через зеркало заднего вида водитель.
– Костя, – нажал голосом Евгений.
– Слушаю и повинуюсь, хозяин, – издевательски протянул бородач и плавно тронул автомобиль с места.
– У вас даже с персоналом высокие отношения, как я посмотрю, – язвительно хмыкнула я.