Коты туманного города
– Ладно, извини. Просто все эти запутанные истории. Того и гляди, сама начну литрами пить «противоядие», – от одного воспоминания о запахе меня начинало нестерпимо мутить.
– Это точно.
Мы немного посидели, думая каждый о своём. Я всё же обвела в кружок имя «Рик» и связала тонкой нитью с Управлением.
– Зря вы так, – Роза налила себе чаю с клубникой и принялась за живицу, что была горстями насыпана в тарелку, – она никому не рассказывает, но очень сильно боится повторения проблем. – Видя наши непонимающие лица, продолжила: – Мы занимаемся химией не от хорошей жизни.
– Роза, ты опять байки травишь? Я всё слышу!
– В общем, тридцать лет назад, – как ни в чём не бывало продолжила она, – да-да, когда свергли последнего короля, в нашем доме царил настоящий беспредел. Наследница целого города, лэра Мэзэми, потеряла последнюю опору и поддержку – её муж погиб во время восстания. А предприимчивые родственники решили избавиться от претендентов на лакомый кусочек. – Роза перешла на тихий шёпот: – Лэру Мэзэми отравили чем-то ядрёным и особенно болезненным, а малышка Асэми…
– Я, блин, ещё здесь!
– В общем, её тоже пытались отравить. Но предприимчивые родители с детства пичкали ребёнка противоядиями, и это спасло ей жизнь. Так что это пойло, что можно найти везде в этом доме, – реально противоядие.
– Стоп, если это так, то почему вы так хорошо ладите? Ведь выходит, что твои родственники вполне могли отравить твою кузину.
– О, нет-нет, – рассмеялась Роза, – это делали другие двоюродные брат с сестрой. Кстати, могли бы и не стараться: если бы не эта подлость, то они бы получили если не всё, то большую часть наследства. А теперь Асэми из вредности всё оставила себе.
– И вообще, они сами виноваты! – весело крикнула Асэми. – Кстати, сестрёнка, не хочешь попробовать моё новое изобретение?
– Спасибо, воздержусь.
И мы прыснули со смеху. Даже Птичница не расстроилась. Напротив, через мгновение она присоединилась к нам, и мы до полуночи играли в карты на кислые ягоды жимолости.
– Если я выиграю, – сделала я ставку, – то Рик выкладывает свои причинно-следственные связи с Управлением.
– Если я вас обыграю, – вступил в игру Рик, – то наша уважаемая Нора Бриар напишет мне статью на заданную мной тему с… примерами из личной жизни.
– Ох-хо-хо, – засверкала глазами Асэми и, переглянувшись с сестрой, выдала: – А спорим, что вы проиграете оба?
– Спорим. Проигравший исполняет желание победителя.
– Да начнётся битва! Вуа-ха-ха!
Напоследок Роза шепнула мне интересную вещь.
Глава XXXII
Поцелуй меня, если сможешь– Но как же так, нечестно! – Карты полетели на стол. Я от возмущения вскочила. – И вот как ты это делаешь?
Асэми с удовольствием вытянула ноги, в очередной раз перетасовывая карты. Как она так делала, оставалось загадкой для всех. Если в первый раз она выиграла, то я могла списать это на традицию, идущую испокон веков: мол, каждый гость обязан в знак уважения проиграть первую партию хозяину. Когда шла вторая партия, с удивлением обнаружила, как быстро козырной туз, на который я уповала в течение всей игры, оказался в стопке «бито». Спустя три круга Рик и Роза закидывали друг друга крупными картами, но с успехом отбивались, пока Асэми копила. Но пятый круг – и Птичница внаглую засыпала Розу, слила козыри мне и, что называется «чистая», ушла в победители, с интересом следя за игрой.
К слову сказать, тасовала она божественно: карты в её руках словно летали, не переворачиваясь, ложась друг на дружку ровным веером.
– Шестёрка треф.
– Козырной король.
– Король бубен и черви.
– Подкидные?
– Нет.
– Ого, это всё мне? – Рик с интересом изучал карты, длинными пальцами перебирая по рубашкам, продумывая стратегию.
– Берёшь? – с азартом поинтересовалась я, уже готовясь скинуть даму, которую он может покрыть.
– Нет, – хищно улыбнулся Рик, Роза же отзеркалила его оскал.
За окном громыхало так, что казалось, будто небо вот-вот обрушится на головы неверных. Периодически сверкала молния, но в доме приятно светили лампы (что было удивительно для Нижнего Квартала), и потому, увлечённые игрой, мы не сразу заметили, как пошёл ливень.
– Последняя карта. – Рик держал свой шанс выиграть, до меня ему не добраться, хотя я по-прежнему не могла скинуть карту, потому что следующей ходит Роза. – Духи! – И препод выбыл, отбившись единственным оставшимся козырем. И мы с Розой остались один на один. У меня была неважная карта, зато козырная. Но справиться вполне возможно.
«Ну же, давай».
– Есть! – Одна за одной карты перетекли ко мне в руки.
– Что ж, значит, судьба. – Асэми довольно улыбалась и разве что лапки не потирала.
В этот момент она была похожа на хищную птицу, почти настигшую свою добычу.
Асэми подошла ко мне близко и объявила:
– А всё просто, дорогая Нора: в следующий раз, когда ты настигнешь мадару, не убивай её. Оставь в живых и принеси мне.
Я под впечатлением от такого предложения отправилась спать. Благо, комнат много. Целый нижний этаж.
А следующий день мне запомнился крайне тоскливым: ранним утром не спалось. На улице дышалось гораздо легче, хоть и было несоизмеримо прохладнее. Кутаясь в кофту, одолженную у Птичницы, я думала. О загадочном Дэмонде Драке, чьё имя совершенно точно не всплывало нигде в архивах, о Марте Бриар, чьей судьбой я мало интересовалась, и, как впоследствии оказалось, зря. Думала о загадочном человеке, что нацепил браслеты на меня и, кажется, на папу с Ксенией.
Нет, мне определённо это не померещилось в тот раз. Или всё-таки больное воображение сыграло со мной злую шутку?
Гром набирал силу, в небе ослепительными вспышками сверкали молнии. Вот тот тревожный миг, когда тучи окончательно заслонили горизонт, и высунувшееся было солнце окончательно запаковалось в тучки. Зябко, но время не ждёт: крупные капли дождя первыми слезами упали на землю: не хотелось, но надо идти домой.
– Папочка? – Отец прятал в кармане какие-то украшения. Завидев меня, впервые на моей памяти покраснел и как-то сразу засуетился.
– О, ты вернулась. – С первого раза у него не получилось запихнуть длинную бархатную коробочку в карман штанов, от чего покраснел ещё сильнее.
– А ты почему не на работе? Ей, – я указала на подарок, – хочешь подарить?
– Да. – Привычно суровый взгляд он не отводил, и это напомнило мне, что у многих есть свои слабости, но от этого взрослый не станет ребёнком. – Думаю…
Догадывалась, о чём он думал. И понимала правильность поступка: между ним и Ксенией действительно как белая птица пролетела: оба окунулись в романтику, как в омут с головой, отчего даже мне стало немного завидно. Хотя, по правде сказать, где-то в глубине души я ждала этого шага от них. Ждала и боялась.