Злодей не моего романа

 Эрик задумчиво покачал головой, поднял меня на руки (благо, на этот раз не вниз головой), прижал к груди и опять потащил сквозь лес. Теперь уже не проявляла никакого интереса. Десятитонным грузом навалилась дикая апатия, мозг не работал, хотелось уснуть, а потом проснуться в своей одинокой тихой кровати, умыться, позавтракать, накраситься, пойти на работу... В общем, жить как жила и никого не трогать.
 Слезы потихоньку сошли на нет. Вокруг мелькали черные мрачные стволы и ветки. В глазах начало рябить, устало прикрыла их, уткнулась лбом в белую майку, на которой теперь наверняка останутся следы косметики, и незаметно для себя провалилась в сон.
 Солнечный зайчик сверлил закрытые веки и не желал никуда уходить. Будильник еще не прозвенел. Я заворчала и перевернулась на другой бок. Нос ткнулся во что-то твердое и теплое. У меня в кровати ничего такого последнее время не водилось. Открыла глаза. Взору предстал белый продольный трикотажный рисунок, немного отодвинулась назад и медленно пропутешествовала взглядом выше. Вырез почти под горло, отсутствие рукавов, следы моей туши и теней, мускулистые плечи, руки с тонкими запястьями и явно проступающими линиями вен, широкие ладони, длинные пальцы, черный скорпион, угрожающе нацеливший на меня свое жало с плеча, подбородок с ямочкой, тонкие губы, курносый нос, высокие скулы, черные брови, белые волосы и серо-желтые глаза, внимательно следящие за каждым моим движением. Я протяжно вздохнула. Мозг переварил полученную информацию, и женские гормоны, не спросив хозяйку, пустились в пляс. Подавила невесть откуда взявшееся желание и, учитывая обстоятельства пробуждения, аккуратно и тщательно просканировала организм на предмет инородных ощущений. Таковых не нашлось, а значит, и вправду мирно спала в кровати с панком.
 — Жаль, — пропели гормоны. Я вслух чертыхнулась.
 Эрик спустился и навис надо мной, наши лица оказались рядом. Я испуганно уставилась на него.
 — Кто такая?
 — Лена, — невинно хлопнула ресницами. Не то чтоб я стремилась еще раз увидеть незабываемое зрелище оскаленных зубов, просто искренне не знала, как еще можно ответить. Он усмехнулся.
 — Интересно.
 — Ты уже говорил.
 Определить сходу изменчивые намерения этого мужчины удавалось с трудом, а потому последовавший за улыбкой поцелуй стал совершенной неожиданностью и... приятностью. Гормоны, радостно подпрыгивая, пустились разводить огонь в неположенных местах. Он оторвался от моих губ, и я с сожалением подумала о продолжении начатого.
 — Ты не из этого мира.
 — Нет, — покачала я головой. Он не спрашивал, он утверждал. В душе поднялась какая-то неуместная детская обида. — А Григорян меня дурой назвал, когда я сказала.
 Серые глаза покрылись коркой льда.
 — Еще раз сравнишь нас — пожалеешь, — процедил он сквозь зубы.
 — Почему? Сравнение-то в твою пользу, — не вняв угрозе, промямлила я.
 Лед немного растаял.
 — Просто запомни — и все.
 — Да не вопрос, — согласилась я. — А мы где?
 — У меня дома, в кровати.
 — А-а, — протянула я. — А дом где?
 — В Саммертхольских чащах.
 — Не знаешь, как мне домой вернуться? — невпопад решила уточнить. Ну, мало ли. Он умный, вдруг чем поможет?
 Панк задумчиво покачал головой.
 — Как ты сюда попала?
 — Книжку купила, — тянет меня на признания в обществе этих глаз.
 — Какую?
 — Про вампиров. Ты не подумай, — затараторила я. — Я эти сказки вообще не читаю. Я детектив выбирала, просто там женщина на станции собачку под поезд уронила, а я, дура, спасать ломанула, не ту беллетристику ухватила. В поезде только ошибку обнаружила, потом из метро вышла, и — бац! — прямо в этом дурацком городе. И Гришаня твой пристал как банный лист к... Короче, неважно. Во-от. Я подумала, ночевать-то мне негде, ну и пошла с ним. Он-то вроде у Пыжиковой джентльмен. Леди съесть не должен. Пришли в квартиру, а там вы через окошко явились... Как-то так.
 Панк сел.
 — Кто такая Пыжикова?
 — Автор романа, — откликнулась с готовностью. Ну, чисто пионер на выводе.
 — Что за женщина с собачкой?
 — Не знаю. Странная такая, розовая вся и шляпа убойная, с клумбой. Слушай, чего-то ты на мировое зло не тянешь. Ты же Эрик, правильно?
 Мужчина кивнул.
 — Мировое зло? — он слегка улыбнулся, и улыбка эта была отнюдь не доброй. — Если я пока тебя не убил, это еще ни о чем не говорит. Мне интересно.
 — Намек поняла. Шут — отныне мне имя второе.
 Он пропустил реплику мимо ушей.
 — Где книга?