Злодей не моего романа

 Рик, не поворачивая лица, сжал мою кисть сильнее, мы вышли в наполненную людьми приемную, затем на улицу, дошли до стоянки. Я тихо свистнула.
 На месте нашего «рено» красовался автомобиль той же марки, только другой формы и цвета. С водительской стороны к блестящему крылу новенькой машинки была сиротливо прислонена знакомая дверь с выбитым стеклом.
 — Это на память оставили, забраковали или просто не пригодилась?
 Рик пожал плечами.
 — Указатель.
 Как ни в чем не бывало, откинул дверцу на тротуар. Забрался на водительское место. Я бегом обогнула машину, обратив внимание на ключи в замке зажигания и вещи Рика на заднем сиденье, в которых ходила по магазину. Догадка пришла сама собой.
 — А просто подождать и передать ключи никак? — пассажирское сиденье было непривычным, с прежним я как-то уже срослась.
 — Оборотни, — пожал плечами Бес, как будто это все объясняло.
 — Ну, ладно. А старую куда денут?
 — Детям, скорее всего, играть отдадут.
 Я представила, как стая суперсильных блохастых ребятишек резвится, прыгая на крыше несчастного «рено», и отрывает от него запчасти. Машину почему-то стало жалко.
 Вопрос, как они транспорт без ключей завели и заводили ли вообще, благоразумно решила оставить при себе. Нечего калечить мою и без того впечатлительную натуру. Я уставилась в окно, провожая взглядом огромное серое здание. На входе стоял молодой мужчина и внимательно смотрел в нашу сторону. Он не выделялся из толпы. Я сама приметила исключительно лишь потому, что лицо его неуловимым знакомым пятном мелькнуло в памяти и растворилось. Рик вывернул на дорогу, и я потеряла из виду наблюдателя. Да и наблюдателя ли вообще? Компания молоденьких практиканток курила на крыльце, точно так же следя за машиной, в основном по причине приметной внешности ее хозяина. Еще накануне обратила внимание на повышенное женское внимание к персоне своего Беса. Ничего удивительного, что Гриша о нем отозвался, как о любителе красавиц. У мужика есть выбор, а не захочет девушка по собственной воле, так он может заставить. Мне б так.
 — Хочу знать о твоих отношениях.
 Я удивленно взглянула на него. Вот же заявочки! Хоть бы в форме просьбы изложил, что ли, для приличия?
 — Что, обо всех? — ехидно поинтересовалась я. Тот факт, что мы не в меру ревнивы, уже выяснился в кладовке.
 Сжал челюсть.
 — Да.
 Мазохист, значит. Мне стало весело. Ну, держись, милой.
 — В подробностях?
 Руки стиснули руль крепче. Я сняла балетки, забралась с ногами на сиденье и развернулась к нему лицом.
 — Зачем?
 Он зарычал.
 — Отвечай.
 Я вздохнула.
 — Ну, так. В детском саду со мной в группу ходил...
 — Я хочу знать о мужчинах, что обладали тобой.
 Бесцеремонный хам! Подавила желание переадресовать вопрос. Хочешь в мое прошлое? Что ж, прошу.
 — В университете два года встречалась с однокурсником, после окончания мы разошлись. Через восемь месяцев познакомилась с Витькой. Работаем в одном месте. Там все длилось три с половиной года.
 Судя по выражению лица, легче ему не стало. Он молчал, я же знала каждый вопрос, огненными буквами прожигающий его мозг. Ревность — странное чувство, дикое. Оно может усилить любовь или влечение, а может и отравить их.
 — Рик, я не могу изменить свое прошлое.
 Ничего другого говорить не было смысла.
 — Я хочу знать, — отчеканил он.
 — Ладно. Секс с Антоном был тихим, однообразным. Сама ушла, стало скучно, переболела юношеской любовью. Реальность не впечатлила, — я пожала плечами. — Его больше занимала учебная программа и окончание аспирантуры. С Витькой было весело. Я хохотала, постоянно. Потом поняла, что не одна такая, и снова ушла. После никого видеть не хотелось. Надоело.
 Он молчал, вел машину, лицо не выражало никаких эмоций. Ледяные глаза сверлили дорогу. Я прижалась щекой к спинке сиденья, наблюдая за тем, как Бес борется с собой, душит непрошеный гнев. Удивительно, насколько сильными душевными переживаниями наделен от природы этот, казалось бы, невозмутимый и холодный мужчина. Женщине, которой доведется вызвать его любовь, очень повезет. Хотя, скорее всего, это будет какая-нибудь местная книжная вампирша, красивая, умная, по-кошачьи гибкая, изящная и обязательно нежная, ему нужна нежность... Я отдаленно почувствовала собаку-ревность, пнула ее под зад ногой, заставив с визгом улепетывать туда, откуда пришла. Вот же заразил, подлец!  
 — Рик, почему ты ищешь зверя?
 — А кто должен?